Liela izmēra koka molberts ar grezni kokgrieztu rokoko kroni (4294)

🇱🇻 LATVISKI

Izmēri:
Augstums — 191,5 cm
Platums apakšā — 80 cm

Liela izmēra koka molberts ar grezni kokgrieztu rokoko kroni

Šis iespaidīgais, gandrīz divus metrus augstais grīdas molberts (angļu carved easel) ir izpildīts izteiktā neorokoko garā — stilā, kas Eiropā atdzima 19. gadsimta otrajā pusē kā cieņas apliecinājums Luija XV laikmeta grācijai. Kronis un apakšējā arkveida savienojuma lente ir bagātīgs kokgriezuma paraugs: ažūri rituļi, rocaille gliemežnīcas, viļņojoša akantu lapotne un asimetriskas plūsmas, kas raksturīgas šim stilam.

Materiāls — masīvs, blīvs lapu koks (visticamāk ozols vai riekstkoks) ar siltu, dabīgu toni un izteiktu dzīslojumu. Trīskāju konstrukcija ar regulējamu vidējo balstu un sānu tapām ļauj droši izstādīt gleznas, spoguļus, ierāmētas plāksnes vai dekoratīvus paneļus dažādos izmēros.

Izgatavošanas periods. Pēc stila un izpildījuma — neorokoko/historisma garā darināts molberts; datējums precizējams pēc klātienes apskates. Kārtas numurs datos (4294) nav datējuma marķieris.

Pielietojums. Reprezentabls grīdas statīvs gleznai vai spogulim viesistabā, galerijā, salonā, veikalā vai foajē. Lieliski der arī kā mākslinieciska izkārtnes vieta pasākumos.

Stāvoklis. Stabils, viengabalains; kokgriezums ass un labi saglabājies. Dabīga laika patina un atsevišķas lietošanas pēdas atbilst vecumam.

Belle Époque (Skaistā laikmeta) momentuzņēmums: Edvards Munks (Edvard Munch) ievēla pēdējo gaismas joslu pa darbnīcas augšlogu un atkāpās soli atpakaļ. Rīta vēsums vēl mājoja telpā, kad viņš novietoja jauno audeklu uz tā augstā, ažūri grieztā trijkāja — koks zem pirkstiem silts, rituļi un gliemežnīcas it kā elpoja paēnā. Terpentīna un mitra ozola smarža sajaucās; kaut kur ielā skanēja rati. Viņš ilgi raudzījās, kā gaisma ritinās lejup pa izgrieztajiem lokiem, un saprata, ka šī forma — nesteidzīga, droša — turēs gleznu tā, lai tā skatītos uz pasauli, nevis pasaule uz to.

---

🇷🇺 РУССКИЙ

Размеры:
Высота — 191,5 см
Ширина снизу — 80 см

Большой деревянный мольберт с богатой резной короной в стиле рококо

Этот внушительный напольный мольберт высотой почти два метра выполнен в выразительном духе необарокко-рококо (carved easel) — стиля, возродившегося во второй половине XIX века как дань изяществу эпохи Людовика XV. Корона и нижняя арочная перемычка представляют собой роскошный образец резьбы по дереву: ажурные завитки, раковины rocaille, волнистая аканфовая листва и характерная для стиля асимметрия.

Материал — массивная плотная лиственная древесина (вероятнее всего дуб или орех) с тёплым natural тоном и выразительной текстурой. Конструкция на трёх опорах с регулируемой средней подставкой и боковыми штифтами надёжно удерживает картины, зеркала, оправленные панно и декоративные панели разных размеров.

Период изготовления определяется по стилю и исполнению — мольберт в духе необарокко/историзма; точная датировка уточняется при осмотре. Порядковый номер в данных (4294) не является маркером датировки. Предмет устойчив и цельн, резьба чёткая и хорошо сохранилась; естественная патина времени и отдельные следы пользования соответствуют возрасту. Прекрасно подходит как представительная напольная подставка для картины или зеркала в гостиной, галерее, салоне или фойе.

Снимок эпохи Бель Эпок: Вера Комиссаржевская (Вера Комиссаржевская) остановилась в полумраке фойе перед вечерним спектаклем. Афишу водрузили на высокий резной треножник у входа — тёплое дерево, завитки и раковины ловили свет канделябра и отбрасывали дрожащие тени на стену. Пахло пудрой, воском и пылью кулис; издалека долетал гул собиравшейся публики. Она провела взглядом по изгибам короны, поднимавшимся вверх, и ощутила знакомое волнение — то спокойное, гордое ожидание, с каким стоишь за миг до того, как поднимется занавес.

---

🇬🇧 ENGLISH

Dimensions:
Height — 191.5 cm
Width at base — 80 cm

Carved Easel in Hand-Carved Oak — Neo-Rococo Floor Display Stand

This imposing carved easel, standing nearly two metres tall, is executed in a spirited neo-rococo manner — a style that flourished again in the later nineteenth century as a tribute to the grace of the age of Louis XV. The crest and the lower arched stretcher are a lavish example of hand-carved work: pierced scrolls, rocaille shells, undulating acanthus foliage and the easy asymmetry that defines the style.

The timber is a solid, dense hardwood — most likely oak or walnut — with a warm natural tone and a strongly figured grain. Its three-legged structure, with an adjustable central support and side pegs, holds paintings, mirrors, framed plaques and decorative panels of varying sizes with confidence.

Made in the neo-rococo / historicist spirit; precise dating to be confirmed on close inspection. The sequence number in the data (4294) is not a dating marker. The piece is stable and sound, the woodcarving crisp and well preserved, with a natural patina and light traces of use in keeping with its age. A handsome floor display stand for a painting or mirror in a drawing room, gallery, salon or foyer — and an elegant signage stand for events.

Belle Époque snapshot: James Tissot (James Tissot) turned the tall display frame toward the afternoon light falling through the studio window. He set a small framed canvas upon it and stepped back, one hand still resting on the warm carved oak, the scrolls and shells cool beneath his fingertips. The room smelled of linseed and dust; a carriage passed in the street below. He watched the light travel down the pierced curves of the crest and knew the form would carry the picture upward — unhurried, certain — to meet the eye exactly as he wished.

---

🇩🇪 DEUTSCH

Maße:
Höhe — 191,5 cm
Breite unten — 80 cm

Große hölzerne Staffelei mit reich geschnitzter Rokoko-Krone

Diese eindrucksvolle, fast zwei Meter hohe Boden-Staffelei (carved easel) ist im lebendigen Geist des Neorokoko gearbeitet — eines Stils, der in der zweiten Hälfte des 19. Jahrhunderts als Hommage an die Anmut der Zeit Ludwigs XV. wieder auflebte. Die Krone und die untere geschwungene Strebe sind ein üppiges Beispiel feiner Holzschnitzarbeit: durchbrochene Voluten, rocaille-Muscheln, wogendes Akanthuslaub und die für den Stil typische Asymmetrie.

Das Holz ist ein massives, dichtes Laubholz — höchstwahrscheinlich Eiche oder Nussbaum — mit warmem, natürlichem Ton und ausdrucksstarker Maserung. Die dreibeinige Konstruktion mit verstellbarer Mittelstütze und seitlichen Zapfen trägt Gemälde, Spiegel, gerahmte Tafeln und dekorative Paneele unterschiedlicher Größe sicher und standfest.

Im Geist des Neorokoko / Historismus gefertigt; die genaue Datierung ist bei näherer Betrachtung zu bestätigen. Die laufende Nummer in den Daten (4294) ist kein Datierungsmerkmal. Das Stück ist stabil und ganz, die Schnitzerei scharf und gut erhalten, mit natürlicher Patina und leichten Gebrauchsspuren dem Alter entsprechend. Ein repräsentativer Bodenständer für ein Gemälde oder einen Spiegel im Salon, in der Galerie oder im Foyer.

Momentaufnahme der Belle-Époque-Zeit: Hugo von Hofmannsthal (Hugo von Hofmannsthal) trat im Morgenlicht eines Wiener Salons an das hohe, geschnitzte Gestell heran. Darauf ruhte ein gerahmtes Aquarell, das er einem Freund zeigen wollte; das warme Holz lag fest unter seiner Hand, die Voluten kühl und glatt. Es roch nach Kaffee und frischem Papier, draußen läutete eine Straßenbahn. Er ließ den Blick die durchbrochene Krone hinaufwandern und empfand jene stille Genugtuung, mit der man ein schönes Ding an seinen rechten Platz stellt.

---

🇫🇷 FRANÇAIS

Dimensions :
Hauteur — 191,5 cm
Largeur en bas — 80 cm

Grand chevalet en bois à couronne richement sculptée de style rococo

Cet imposant chevalet de sol (carved easel), haut de près de deux mètres, est exécuté dans l’esprit vif du néo-rococo — un style qui renaquit dans la seconde moitié du XIXᵉ siècle en hommage à la grâce de l’époque de Louis XV. La couronne et la traverse cintrée inférieure constituent un riche exemple de travail sculpté : volutes ajourées, coquilles rocaille, feuillage d’acanthe ondulant et cette asymétrie souple qui définit le style.

Le bois est un feuillu massif et dense — très probablement chêne ou noyer — au ton chaud et naturel et au veinage marqué. Sa structure à trois pieds, avec support central réglable et chevilles latérales, soutient avec assurance tableaux, miroirs, panneaux encadrés et plaques décoratives de tailles variées.

Réalisé dans l’esprit du néo-rococo / historicisme ; la datation précise reste à confirmer après examen. Le numéro d’ordre figurant dans les données (4294) n’est pas un marqueur de datation. La pièce est stable et entière, la sculpture nette et bien conservée, avec une patine naturelle et de légères traces d’usage conformes à son âge. Un présentoir de sol élégant pour un tableau ou un miroir, dans un salon, une galerie ou un foyer.

Instantané de la Belle Époque : Gabriele D’Annunzio (Gabriele D’Annunzio) fit pivoter le haut support sculpté vers la lumière d’un après-midi d’automne. Il y posa une petite toile encadrée et recula d’un pas, la main encore sur le chêne tiède, les volutes fraîches sous ses doigts. La pièce sentait la cire et les fleurs fanées ; au loin, une fontaine murmurait dans le jardin. Il regarda la lumière descendre le long des courbes ajourées de la couronne et sentit cette joie tranquille d’avoir donné à une belle œuvre le cadre qu’elle méritait.